ПАТРИОТИЗМ КАК СМЫСЛ БЫТИЯ

В жизни каждого из нас встречаются разные люди, с которыми мы может поговорить, с которыми можем поболтать. Николай Стариков – из тех, с кем не поболтаешь! Разговор с ним заставляет, хотите вы этого или нет, концентрировать все механизмы вашей мыслительной деятельности в пружину, а любопытствующее естество натуры генерировать новые и новые вопросы. В нашем коротком блиц-интервью мы, конечно, попытались выжать основное. Но всегда подспудно чувствовали, что разговор с ним предстоит еще не один.

Николай Викторович, вопрос может показаться наивным, и тем не менее: что значит для Вас быть патриотом?

Если в двух словах, то все очень просто – это любовь к Родине. Но здесь необходимо два, на мой взгляд, серьезных уточнения. Первое: надо любить не себя в России, а Россию в себе. И второе – патриотизм должен быть умным, или, если хотите, содержательным. Что это такое? В истории России есть немало примеров абсолютно деструктивного патриотизма. Февральскую революцию, положившей начало разрушению страны, помогали делать из лучших побуждений патриотично настроенные люди, а организовывали мерзавцы, которые служили иностранным разведкам. Когда брали уже в октябре 1917 года Зимний дворец, то, как это не парадоксально, патриоты были с обеих сторон, но каждый понимал любовь к Родине по-своему. Поэтому, когда перед каждым гражданином стоит выбор, надо очень скрупулезно разбираться в дальнейших поступках, и что там превалирует больше – личное или государственное. Сегодня в эпоху информационных технологий эксплуатировать патриотические чувства в откровенно страшных и варварских целях стало гораздо проще. Украина ярчайший тому пример.

Вами написано много книг, где красной нитью проходит гордость за свою страну. Хочется спросить, есть ли среди них самая важная и любимая? Или главная книга жизни еще не написана?

Мне нравятся все мои книги, иначе я бы их не публиковал. А вот чувство, что самая главная книга еще не написана действительно есть. Что касается гордости, то у граждан России есть все основания гордиться своей Родиной. Для этого необходимо просто знать ее историю в неком сжатом минимуме, или просто посмотреть на карту.

Вечная проблема любой публицистики – как донести знания в массы. Насколько Вы одержимы тем, что Ваши выводы и выстроенная логика критического мышления произведений дойдет до спящих умов?

Я реалист, и понимаю, что в массе своей людей интересует собственный быт превыше всего, и с этим трудно что-либо сделать. Я стараюсь, помимо, собственно, написания книг и участия в другой публичной деятельности, довести до людей и знания о том, что если они не будут критически мыслить, то могут быть эффектно так оторваны от своей любимой бытовухи, и отправлены воевать на Донбасс, к примеру. А ведь это является всего лишь следствием его неучастия в общественных процессах, пафосного отчуждения от политической деятельности в принципе, и много чего еще.

Положение дел на Украине сегодня интерпретируют по-разному, тем не менее во всей этой «антилогике» есть своя железная логика. Как бы Вы ее охарактеризовали?

Практически абсолютная калька с событиями в Германии 1933 года. Запреты книг, политических партий, беснующиеся группы штурмовиков. Причем, как и в Германии, все это аккуратно обрамлено в обертку огромного количества «правильных» фраз и лозунгов. Человеку грамотному это понятно, и он содрогается. Остальные же, и их большинство, пребывают в состоянии какой-то наркотической эйфории или полной апатии. Но это только начало. Необходимо еще создать поколение абсолютно атрофированного социума, главным смыслом жизни которого будет ненависть к всему русскому миру, школьные программы уже под это заточены. Собственно, многие годы главной идеософемой существования государства Украина и была ненависть к России, другого не просматривалось, мы просто благодушно за всем этим наблюдали.

Получается, мы сейчас стоим на пути разжигания ненависти, и прежде всего между украинскими и российскими гражданами.Как можно всему этому противостоять?

— Вся политика России направлена прежде всего на то, чтобы всячески пресекать подобные сценарии. Если присмотритесь к жителям России, то в их повседневной жизни не присутствуют подобные настроения. У нас прошла ненависть к немцам, после двух чеченских кампаний тоже стали заживать раны. Думаю, что глубинные слои населения на Украине тоже не затронула ползучая коричневая гидра фашизма, значит мы просто обречены все это забыть, как кошмарный сон. Не могу сказать, что путь этот будет простым, но верю именно в такую развязку.

Как Вы относитесь к своим критикам? В частности, к произведениям типа «АНТИ-Стариков» и прочими?

Я их не читал, так, немного полистал. Обо всем мне расскажут мои читатели. Могу сказать, что было на самом деле. Некий бывший работник таможни уверовал, что он достаточно крепкий историк, и начал работать, так сказать. Что касается посылов в мою сторону, то он за основу своей критики взял мою самую первую книгу, причем самое первое ее издание, а книга уже перерабатывалась 5 раз! Это была моя первая книга, и как ее надо писать правильно в методологическом смысле я не совсем понимал. Автор же, Петр Балаев, к примеру, говорит о том, что на Украине все произошло своим естественным путем, а не как в 1917-м, или в 1933-м. Да и заголовок у книги, мягко говоря, не джентльменский.

Ваши книги запрещены на Украине. Как Вы к этому отнеслись?

С юмором, пониманием и даже с благодарностью. Ведь с чьей-то легкой руки мое имя попало в список 100 деятелей культуры, которые на Украине являются нежелательными персонами. Так я оказался вместе с Депардье, Табаковым и еще множеством знаменитостей. Ну, что сказать, весьма польщен. Но меня сегодня тревожит другое: мои книги стали изымать из продажи в Белоруссии. Распоряжение пришло сверху, и весь сказ.

Немного личного. Кто были Ваши родители, и как они повлияли на Вашу жизнь?

Я родился в обычной традиционной советской семье, и я так же традиционно пошел по стопам отца. Он у меня был инженер, и я закончил тот же институт. Мама творила прекрасное – она была парикмахером. После распада СССР жизнь многих людей пошла по другим рельсам, и моя в том числе. Помню важный фактор моего воспитания, когда мне в 6 лет подарили«Книгу будущих командиров». Помню ее до сих пор, она объясняла многие взаимосвязанные вещи в политике и войнах. Нет, в шестилетнем возрасте у меня были другие интересы, но затем все стало формироваться в нужном ключе. От того и книга всегда вспоминалась.

Александр АНАСТАСОВ