ВОЙТИ ВО ВКУС. Или почему мы выбираем «Зеленый луч»

Вообще-то, материал этот захотелось написать с конца! Почему? Потому как основные размышления и осмысленные  выводы пришли как раз не в ходе по настоящему информационной атаки нашего главного героя. И все-таки по порядку. Александр Хайруллаев, управляющий московской инвестиционной компанией, свой монолог о своем любимом деле, чтобы не выглядеть голословным, решил изложить на фоне «убойной наглядной агитации» тепличного комплекса «Зеленый луч», раскинувший свои гектары-владения рядом с Краснодаром. Действительно, разговор должен быть предметным!

Мы не научный журнал, поэтому докучать читателю описанием технологий выращивания зеленой продукции не будем, хотя вскользь и затронем и этот аспект. Куда важнее было узнать и понять, как надо ставить в России дело! Не только успешное, но и вкусное, ароматное и полезное!

Александра Хайруллаева можно назвать, наверное, типичным представителем сложного перестроечного времени, когда одни сферы деятельности общества сворачивались, а другие только зарождались. В бизнес решили пойти многие, но не все вошли во вкус. К слову, этот термин для нашего героя имеет очень предметное значение.

— Александр, человек всегда приходит к чему-то важному, как правило, по-особенному. Тепличный комплекс «Зеленый луч» не исключение?

— Сельскохозяйственный бизнес мы ведем с 2009 года, пробовали себя в разных направлениях, и в конце концов остановились на тепличном. Резоны были достаточно простыми: это направление наименее подвержено рискам, связанными с погодными и иными условиями, оно обеспечивает быстрейший, в сравнении с остальными, оборот капитала, к тому же несет еще и некую общественную пользу, поскольку мы все выращиваем в грунтах и с использованием органики. То есть, наша продукция, в отличии от известной мировой технологии под названием «гидропоника», имеет вкус и запах.

— Насколько нам известно, сегодня «зубров» традиционной грунтовой технологии остается все меньше, и как ваш бизнес устоит от соблазна сделать больше, безвкусно и с меньшими затратами — ума не приложу?

— Кстати, совсем недавно мы обсуждали наши перспективы с министром сельского хозяйства Адыгеи Юрием Петровым — во всем мире сельхозпроизводство со временем скатывается в яму гидропоники из-за явной сложности и трудоемкости выращивания в грунте. Но не все так однозначно. Дело в том, что у грунтовой технологии и продукции от нее есть свой, достаточно устойчивый рынок потребления. Второй аспект – наш бизнес обеспечивает работой большое количество местных жителей, причем с достойной зарплатой и социальной защитой. То есть, когда с высоких трибун говорится о социальной ответственности бизнеса, у нас есть масса преимуществ перед роботами гидропоники.

— С технологией выращивания овощей все понятно, но успешное дело растет не только в одном узком смысле. Давайте расширим понятиетехнология на все уровни.

— Да, наш бизнес предполагает системный и плановый подход буквально во всем. Одна из особенностей  нашего подхода – это инвестиционная модель финансирования нашего бизнеса. Ведь не секрет, что в условиях кризиса обездвиженные деньги представляют угрозу для их владельца – они могут просто растаять в процессе инфляции. Поэтому их надо вкладывать в дело. Здесь есть два пути: создать свой, или войти в действующий бизнес. Поскольку сегодня основная масса населения резко сократила покупки товаров длительного пользования, то производство продуктов питания оказалось как раз тем направлением, где все осталось на более-менее стабильном уровне. Причем все звенья торговой цепи, а это логистика, упаковка, оптовая и розничная торговля и переработка остаются в явной зависимости от производителя сельхозпродукции, который и диктует цену на рынке. Мы предлагаем нашим инвесторам долевое участие в сельхозпроизводстве без необходимости несения огромных затрат.

— Давайте разберем подробнее ваш вариант.

При намерении войти в сельхозбизнес инвестор может, к примеру, купить колхоз, скажем, за 100-200 млн. рублей, но вместе с ним он получит непрогнозируемые затраты и высокую социальную нагрузку, малоэффективные устаревшие производственные мощности и отсутствие каналов продаж. Направление, в принципе, верное, но рискованное. Мы предлагаем куда менее капиталоемкий вариант. Мы предлагаем инвестировать в конкретную теплицу на территории действующего, прибыльного тепличного комплекса. Скажем, от 1.5 миллиона рублей, за инвестором закрепляется одна теплица. Мы берем на себя все функции по подготовке теплицы, высадке и выращиванию урожая собственными специалистами, и его сбыт. Прибыль распределяется «50 на 50» с инвестором. Если у инвестора есть своя собственная сбытовая сеть, то это еще более выгодный для него вариант, поскольку можем выдать долю инвестора продукцией.

В год мы собираем по 2 урожая, первый период сбора мы заканчиваем в конце мая, поскольку в это время падает цена на овощи, и производство становится нерентабельным. Летом мы занимаемся в основном строительством, а следующий цикл начинается с октября и длится вплоть до декабря, до холодов.

— Теперь давайте поговорим о вкусе и аромате вашей продукции.

— Да, это есть наш основной козырь, поскольку наша продукция имеет запах и вкус, такой же, которым нас потчевали наши бабушки с огородной грядки. В США, к примеру, вы не найдете грунтовых овощей за любые деньги, они все без вкуса и запаха. Да, себестоимость нашей продукции в 2-3 раза выше, чем у пресловутой «гидропоники», но она не настолько высока, чтобы покупатель отворачивался от наших огурцов. Кстати, наша «затратная» технология имеет еще и некий социально-психологический эффект. Заметно невооруженным глазом, что люди, работающие в нашем хозяйстве, осознавая социальную составляющую нашей здоровой продукции, делают это с неприкрытым удовольствием. Все это накладывается на возможность иметь стабильную работу, стабильную хорошую заработную плату, возможность спокойно растить детей и строить планы на будущее. Мне же наблюдать и участвовать во всем этом тоже чертовски нравится.

— Марку «Зеленый луч» знают?

— Да, мы уже достаточно известны в крае, у нас есть свой потребитель. Единственный недостаток нашей продукции – это невозможность выставить ее в крупных торговых сетях. Дело в том, что в них много другой продукции, которая издает ароматы. Покупатель же, когда что-то выбирает на прилавке, особо не принюхивается к тому, что берет, тем более, если продукция упакована в пакеты. Поэтому основную роль при выборе сыграет ценник. А «пластмассовые» овощи по своей цене здесь вне конкуренции.

— И где ваше можно приобрести?

— Наши площадки – это рынки и рестораны. Особо хочу остановиться на ресторанах. Они очень дорожат своими клиентами, и если в заказанном блюде, салате будет лежать нечто без вкуса и запаха, то клиент просто проигнорирует в следующий раз это заведение. Ресторацию можно назвать нашим основным потребителем. Собственно, проблем со сбытом нашей продукции нет. Сегодня мы имеем 16 стабильных оптовых покупателей, которые каждое утро выстраиваются в очередь, и отпуск идет согласно заранее поданных заявок. Если появляется некоторый излишек, а ведь огурцу не прикажешь не расти согласно заявки, то тогда его с удовольствием забирают местные жители и перепродают на рынках. С этого сезона мы будем входить в розничную сеть Краснодара, где наша продукция будет брендирована.

— У вас есть конкуренты?

— На весь Краснодарский край имеется всего 4 таких предприятия, мы все хорошо знаем друг друга, общаемся. Сегодня тенденция рынка такова, что грунтовое производство сжимается, а потребление экопродукции расширяется. То есть, люди наконец поняли, что экономить на собственном здоровье глупо и себе дороже. Они хотят своим детям положить на стол что-то полезное и вкусное. Есть тенденция к увеличению числа вегетарианцев. Иначе говоря, мы просто не поспеваем за рынком, и не можем его насытить несмотря на то, что постоянно расширяемся, и это мировая тенденция, а не локальная особенность — мир переходит на автоматизацию. Вот поэтому и имеем полное основание говорить о том, что инвестиции в нас просто гарантированы на получение прибыли.

— А Александр Хайруллаев свою продукцию употребляет?

— Да, признаюсь, это мое слабое место – есть полезные продукты – не так много нас окружает по-настоящему экологически чистой продукции! Когда бываю в теплицах, то могу за день съесть килограмм, и больше

— Давайте еще поговорим об инвестициях. Инвестор вложил деньги, и что ждет его в будущем?

— Договор рассчитан на 2 года, в это время мы ему гарантируем 30 процентов годовых, которые покрывают не только вложения, но и инфляцию. Дважды в год, по завершению сбора урожая, мы выплачиваем дивиденды в размере 50% от полученной выручки. Вторая половина выручки остается у нас, мотивируя нашу команду плыть с инвестором в одной лодке и обеспечивать самые лучшие показатели. Также предусмотрена возможность реинвестирования. Через 2 года теплица становится нашей, и мы продолжаем зарабатывать в ней деньги. Сегодня некоторые из наших партнеров живут в Европе, получая стабильный доход от своих вложений. Моя работа – это, прежде всего, большая ответственность перед партнерами и инвесторами, которых я не имею никакого, ни юридического, ни морального права подвести.

— Расскажите о себе и о том, как вы в это пришли?

— Я родился под Волгоградом, там же закончил военное училище, по специальности строитель. С 2003 года я возглавляю московскую инвестиционную компанию с весьма широким спектром интересов: строительство, судостроение, отельный и развлекательный бизнес, IT-технологии. Главным итогом этой работы можно назвать колоссальный практический опыт, который я приобрел, и с помощью которого научился точно оценивать риски, связанными с той или иной сферой бизнеса. Вообще, организовать все так, чтобы работало как отлаженный часовой механизм, мне доставляет огромное удовольствие. Сегодня, к примеру, штат работников тепличного комплекса насчитывает 40 человек, и до 100 человек привлекаются временно. Когда я уезжаю по делам, то мне ежедневно присылаются фотографии о ходе строительства новых теплиц и ежедневный финансовый отчет. Когда возвращаюсь, то вижу результаты работы, притом явные и существенные. Сегодня нельзя упускать темп, иначе к твоему делу просто потеряется интерес. Время – деньги, и ничего нового здесь не придумаешь.

— Программа расширения вашего бизнеса предполагает только юг России, или есть в планах другие регионы?

— У нас есть опубликованная региональная программа развития тепличного бизнеса. Его, понятное дело, можно развивать с высокой гарантированной долей рентабельности не в любом регионе России, но с поправкой на климат, мы можем сделать первоначальное исследование рынка, проектирование и строительство тепличного комплекса, управление им, организовать сбыт продукции. Если имеются какие-то первоначальные заделы, то можем встроить свои услуги на любой стадии. Но управленческие решения мы предпочитаем свои. Потому как от них зависит очень много, и если конечный результат будет плохим, пусть даже и не по нашей вине, то репутационные потери лягут и на нас. Кстати, наша франшиза работает и в США. Там работает более 120 человек.

— Судя по тому, как увлеченно вы рассказываете о своих «огурцах-теплицах», это любимое направление в бизнесе? Так сказать, «вошли во вкус» в прямом и переносном смысле?

— Да, и я этого не скрываю. Что-то есть в этом деле магическое – кормить людей, причем вкусно!И вообще, делать что-то в Россиии для своих сограждан – это еще и для души. Мы делаем правильные вещи, и причем с пользой для здоровья. Все это в совокупности генерирует какие-то особые чувства, которые впоследствии, я думаю, и оформляются в некую неосознанную любовь к своей стране и Родине. Вот как-то так.

ЭПИЛОГ

Разговор с Александром, энергичным и целеустремленным человеком все еще новой для нас эпохи, продолжался еще долго, но основной ее мотив уже лег на мысли, а потом и на экран ПК. Почему в начале статьи мне захотелось начать с конца? Уже после, возвращаясь с интервью, стало думаться гораздо шире. Сегодня Россия стоит перед множеством вызовов, и получила она их не только извне. И кто их примет или готов принять? Люди дела! Именно они будут приходить на пустыри, а именно с этого и начался ход истории «Зеленого луча», именно они будут без скидок на время и неудобства, менять свои уютные офисы на полевые шатры, как делает это Хайруллаев. А потом вокруг них будут собираться люди с мозолистыми руками, и преображать сначала небольшой участок земли, затем больше, потом мы из окон своих автомобилей будем наблюдать за тем, как преображается наша держава…

Все ли было гладко в нашей беседе? Нет, поскольку я не всегда мог задать некоторые наводящие вопросы. Александр – социальный пассионарий, и спросить его хотелось еще о многом. К примеру, достаточно ли только заниматься бизнесом для того, чтобы крепла твоя страна и хорошо жили ее граждане? Или вот к примеру: а ведь неплохо бы было, чтобы инвесторы не прожигали прибыль в Европе, а тратили ее внутри страны, инвестируя тем самым дело многих других сограждан, верно?

На что надеюсь? На то, что это был далеко не последний наш разговор…

Александр АНАСТАСОВ